Об изменениях.

09.06.2010

Изменения это один из основных вопросов буддизма – факт, настолько известный, что благодаря ему возникло пренебрежительное клише «Не об изменениях ли весь этот буддизм?» Менее известно, что вопрос изменений в буддизме рассматривается в более широких рамках, изменения — это ни начало прозрения, ни его окончание. Прозрение начинается с вопроса оценки изменений в свете стремления к настоящему счастью. Оно заканчивается счастьем, которое лежит за пределами изменений. Люди, забывающие об этом, вкладывают в учение собственный смысл, и часто предполагают, что и Будда действовал, исходя из такого же понимания. Вот два из тех толкований изменений, которые в наше время приписывают Будде.

Понимание изменений учит нас принимать любой наш опыт, не привязываясь к нему — получать от него как можно больше в настоящем, воспринимая его во всей его полноте, полностью осознавая, что вскоре мы должны будем отпустить его и принять всё дальнейшее.

Понимание изменений учит нас надежде. Потому что изменения — это неотъемлемое свойство вещей, по сути, ни что не постоянно, даже наша собственная личность. Неважно, насколько плоха ситуация — возможно всё. Мы можем делать всё, что хотим сделать, создавать мир, в котором мы хотим жить, и становиться тем, кем нам хочется стать.

Первое их этих толкований предлагает мудрость насчет того, как получать удовольствие от непосредственного личного опыта, когда предпочтительно, чтобы он не изменялся; второе — о том, как вызывать изменения, когда этого хочется. Хотя эти толкования иногда рассматривают как взаимодополняющие, они содержат практический конфликт: Если опыт настолько быстротечен и изменчив, стоит ли он усилий, требуемых чтобы произвести его? Можем ли мы искренне надеяться на позитивные изменения, если не можем обрести постоянство в их результатах? Не движемся ли мы к очередному разочарованию?

Или это просто один из неизбежных парадоксов жизни? Мудрость различных древних культур могла бы подтвердить это, советуя нам подходить к изменениям с настороженной радостью и стоическим самообладанием: учиться не привязываться к результатам наших действий, принимать, не испытывая сомнений, необходимость достижения мимолетных удовольствий и усердствовать в этом насколько возможно — ведь единственной альтернативой является бездеятельность и отчаяние. Этот совет тоже часто приписывают Будде.

Но Будда не был человеком, который принимает всё без вопросов. Его мудрость заключается в понимании того, что усилия, направленные на достижение счастья, оправданы, только если возможно умело управлять процессами изменений так, чтобы достичь счастья, которое неподвластно изменениям. В противном случае, мы пожизненно заключены в лагере принудительного труда, вынуждены производить приятные переживания, чтобы облегчить наш голод, но обнаруживаем, что они настолько лишены сути, что никогда не смогут нас насытить.

Такое понимание заложено в вопросе, с которого, согласно Будде, начинается прозрение:

«Что, если я это сделаю, приведет меня к долговременному благополучию и счастью?»

Это искренний вопрос, мотивированный желанием, стоящим за любыми сознательными действиями: достичь такого удовольствия, которое достойно приложенных усилий. Он вытекает из понимания того, что жизнь требует усилий, что если мы не будем достаточно старательны — вся жизнь пройдёт впустую. Этот вопрос, наряду с пониманием и желанием, которые его определяют, и составляет контекст, в котором Будда рассматривает изменения. При внимательно изучении, мы обнаружим семена всех его прозрений в понимании производства и потребления изменений.

В первой части — «Что, если я это сделаю, приведет…» — основное внимание уделяется вопросу производства, вопросу возможных результатов человеческой деятельности. До Пробуждения, Будда покинул свой дом и отправился в лес, чтобы исследовать именно этот вопрос: узнать насколько далеко могут увести человека его действия, узнать могут ли они привести к состоянию, которое недоступно изменениям. Его Пробуждение стало подтверждением того, что это возможно — если достигнут соответствующий уровень мастерства. Согласно этому, он учил, что есть четыре вида деятельности, сопоставленные четырем степеням навыка: три из них производят в рамках пространства и времени приятный, неприятный или смешанный опыт; а четвертый — выводит за рамки деятельности к уровню счастья, превосходящему пространство и время и т.о. устраняется необходимость достижения дальнейшего счастья.

Поскольку деятельность, связанная с производством и потреблением, требует пространства и времени, счастье, превосходящее пространство и время, по самой своей природе, не производится и не потребляется. Когда Будда достиг такого счастья и вышел за пределы производства и потребления, он стал способен видеть всеобъемлющее влияние тех видов деятельности на обычный опыт, увидеть насколько они лишают свободы. Он увидел, что наш опыт в настоящем – это нечто ежемоментно измышляемое или производимое из сырья, предоставленного прошлыми действиями. Мы сооружаем даже нашу личность, наше чувство себя. В то же время, мы стараемся потребить любое удовольствие, которое можем обнаружить в том, что мы производим — несмотря на то, что в своём желании потреблять удовольствие мы часто сталкиваемся с болью. Производство и потребление взаимосвязаны:  Мы производим опыт, потребляя опыт, который произвели раньше. Способ потребления удовольствия и боли может привести к дальнейшему удовольствию или боли, сейчас и в будущем, в зависимости от нашей умелости.

Три составляющие второй части вопроса Будды — «меня к/ долговременному/ благополучию и счастью» — дают стандарт для оценки уровня нашей умелости в вопросах настоящего удовольствия и счастья. (Палийское слово, используемое здесь — sukha — можно перевести как удовольствие, счастье, беззаботность, или блаженство). Применим эти стандарты к опыту, который мы потребляем: если он не является долговременным, независимо от того насколько он может быть приятен — это не настоящее счастье. Если это не настоящее счастье, нет причин объявлять его «моим».

Такое представление является основой Трех Характеристик, которые, как учил Будда, помогают придти к чувству бесстрастия к обычному опыту в рамках пространства и времени. Anicca, первая из трех, является самой важной. Аничча — применяется ко всему, что изменяется. Иногда это слово переводят как «мимолётное», но на самом деле это противоположность nicca, что означает постоянное или надежное. Все, что изменяется — непостоянно. Разница между «мимолётное» и «непостоянное» может казаться только семантической, но она важна при рассмотрении роли аничча в учениях Будды. Как неоднократно заявляют ранние тексты, если что-то аничча, то оно автоматически имеет и две следующие характеристики: оно dukkha (тягостно) и anatta (не-я), т.е. не стоит того, чтобы рассматривать его как «я» или «моё».

Если мы переводим аничча как «мимолетноё», связь между Тремя Характеристиками может показаться спорной. А если переведем как «непостоянное», и рассмотрим Три Характеристики в свете исходного вопроса Будды, связь станет очевидна. Если вы ищете надёжную опору для долговременного счастья и покоя, возлагать такие надежды на нечто непостоянное — это очевидный путь к стрессу, всё равно что попытаться расслабиться на расшатанном стуле, который в любой момент может развалиться. Если вы понимаете, что ваше чувство личности является чем-то желаемым и измышленным — вы решили создать его — то нет веских причин продолжать создавать «я» и «моё» на основе опыта, который непостоянен и тягостен. Вам нужно нечто лучшее. Вы же не считаете целью своей практики обычный опыт?

Так что же делать с опытом, который непостоянен и тягостен? Можно рассматривать его как никчёмный и просто отмахиваться от него, но это будет расточительно. Всё же вы взяли на себя труд создать его; и, как выясняется, единственный способ достичь цели заключается в использовании этого опыта. Итак, вы можете научиться использовать его как средство достижения цели; а роль, которую он играет, служа этой цели, определяется типом деятельности, которая связана с его производством: деятельность, которая даёт удовольствие, способствующее достижению цели; или деятельность, которая не даёт удовольствия. Те виды деятельности, что дают удовольствие, Будда назвал «путём». Эти действия подразумевают акты щедрости, добродетели, практики психической поглощенности и сосредоточения. Хоть они тоже подпадают под Три Характеристики, такая деятельность даёт относительно стабильное и безопасное удовольствие, оно глубже удовлетворяет и насыщает, чем действия, связанные с производством и потреблением обычных чувственных удовольствий. Так что, если вы имеете своей целью счастье в рамках циклов изменений, вы в создании такого счастья должны ориентироваться на щедрость, добродетель и психическую поглощенность. А если вы стремитесь к счастью, выходящему за рамки изменений, эти же виды деятельности помогут вам, способствуя ясности ума, которая необходима для Пробуждения. В любом случае, их стоит освоить как навыки. Это ваш основной набор инструментов, так что держите их под рукой и содержите в хорошем состоянии.

Что касается других удовольствий и горестей — тех, что связаны с чувственностью, да и просто с обладанием телом и сознанием — они могут служить областью применения ваших инструментов, сырьём для различения, которое ведёт к Пробуждению. Тщательно изучая их в свете Трех Характеристик — чтобы увидеть каким именно образом они непостоянны, тягостны и не имеют отношения к «я» — вы станете менее склонны продолжать производить и потреблять их. Вы увидите, что ваша навязчивая тяга создавать их происходит исключительно от голода и неведения, проявляющихся в состояниях страсти, отвращения и заблуждения. Когда такое понимание приведет к бесстрастию — как к создаваемому опыту, так и к процессу его производства — вы встанете на путь четвертого вида каммы, ведущий к Бессмертному.

На этом пути вас ждут два поворотных пункта. Первый — когда устраняется вся страсть и отвращение к чувственным удовольствиям и страданиям, и вы сохраняете привязанность только к удовольствию сосредоточения. В этот момент вы начинаете изучать удовольствие сосредоточения в свете тех же Трех Характеристик, которые вы использовали в созерцании чувственного опыта. Трудность здесь в том, что вы так привыкли полагаться на прочность вашего сосредоточения, что не хотите искать в нём недостатки. И в то же время, непостоянство сосредоточенного ума гораздо тоньше, чем непостоянство чувственного опыта. Но как только вы преодолеете нежелание искать это непостоянство, день, когда вы его обнаружите, несомненно, настанет. И тогда ум можно будет направить к Бессмертному.

Это второй поворотный пункт. Как указывают тексты, когда сознание соприкасается с Бессмертным, оно рассматривает его как предмет сознания — дхамму — и создаёт по отношению к нему чувства страсти и удовольствия. Измышленное чувство личности, которая производит и потребляет эту страсть и удовольствие, помешает полному Пробуждению. Тут логика Трех Характеристик предстаёт в новом свете. Их исходная логика — «Все, что непостоянно — тягостно; всё, что тягостно — не-я» — оставляет возможность того, что все постоянное может быть (1) приносит покой и (2) является «я». Первая возможность действительно важна: то, что постоянно – приносит покой; Бессмертное — это окончательный покой. Но вторая возможность — это не умелый способ отношения к постоянному: если вы вцепитесь в постоянное как в «я», вы застрянете в этой привязанности. Чтобы выйти за пределы пространства и времени, вы должны выйти за пределы производства и потребления «я», вот почему завершающим прозрением пути является заключение: «Все дхаммы — постоянные или нет — не-я».

Когда с помощью этого прозрения будет завершен труд преодоления страсти и удовольствия, связанного с Бессмертным, произойдёт Пробуждение. И в этот момент даже от пути можно отказаться, а Бессмертное останется, но уже не как предмет ума. Оно просто есть — предшествует конструированию пространства и времени, стоит отдельно от них. Всякое производство и потребление счастья приходит к концу, достигнуто вневременное благополучие. И поскольку все предметы ума оставлены ради этого счастья, вопросы постоянства и непостоянства, стресса и покоя, «я» и «не-я» больше не важны.

Итак, понимание изменений в контексте буддизма означает подход, который вполне основывается и на возможных последствиях усилий человека, и на основном желании человека — чтобы эти усилия не пропали впустую, чтобы изменения вели к счастью, неподвластному изменениям. Такое понимание сосредотачивает на развитии навыков, которые приводят к достижению подлинного счастья. При этом используются Три Характеристики — непостоянство, страдание, и не-я — не как абстрактные утверждения о природе существующего, а как стимул для овладения навыками и как нормы для оценки успеха в продвижении по пути. Используемые таким образом, Три Характеристики приводят к счастью, превосходящему и Три Характеристики, и деятельность производства и потребления, и пространство и время в целом.

Когда мы понимаем смысл Трех Характеристик, мы ясно видим, что прозрения о производстве и потреблении изменений, которые ошибочно приписывают Будде — это полуправда. Касательно производства: Хоть это и правда, что при достаточном терпении и настойчивости, из сырья текущего момента мы можем произвести что угодно, в т.ч. и удивительное разнообразие личностей, но настоящий вопрос — стоит ли это делать? Из-за навязчивой склонности производить и потреблять изменчивые удовольствия и «я» мы лишаем себя свободы, и, тем не менее, изменения можно использовать, чтобы бежать из этой тюрьмы к свободе счастья, которое превосходит пространство и время. Хотим ли мы воспользоваться этой возможностью — или лучше проводить время, выдувая мыльные пузыри, глядя, как они переливаются всеми цветами в солнечном свете, проникающем через окошки наших тюремных камер, пытаясь извлечь из этого занятия хоть какую-нибудь радость прежде, чем пузыри лопнут?

Этот вопрос связан с мудрым отношением к потреблению: Использовать опыт наилучшим образом не означает заглатывать его целиком или выжимать из него всё до последней капли. Это значит воспринимать удовольствия и горести, которые он приносит, не как самоцель, а как инструменты Пробуждения. Каждое мгновение мы получаем сырьё — иногда привлекательное, иногда нет. Вместо того чтобы восторженно прижимать его к себе или с отвращением отбрасывать, мы можем научиться делать из него ключи, которыми можно открыть двери тюрьмы.

А что касается мудрости о непривязанности к результатам своих действия, в контексте буддизма это имеет смысл, только если мы глубоко заинтересованы в результатах своих действий и хотим овладеть причинно-следственными процессами, которые ведут к подлинной свободе. Другими словами, мы не можем как дети надеяться, что наши действия — умелые или нет — всегда приведут к немедленному счастью, что всё, что мы сунем в замок, само собой отопрёт дверь. Если то, что мы сделали, было неумелым и привело к нежелательным результатам, мы должны признать свои ошибки и выяснить в чём состоят эти ошибки, чтобы узнать как поступить правильно в следующий раз. Чтобы смотреть на результаты своих действий объективно, мы должны иметь терпение — тогда мы будем способны учиться, узнаем, какие ключи не отпирают дверей, узнаем, как изготовить ключ, который дверь отопрёт.

При таком подходе мы сможем использовать большую часть изменений в развитии навыков, которые освобождают из тюрьмы бесконечного производства и потребления. Освободившись, мы достигаем счастья, которое настолько подлинно, что выходит за рамки вопроса, который нас к нему привёл. Больше нет ничего, что мы должны сделать; наши чувства «я» и «моё» отвергнуты; даже «долговременное» теряет смысл во вневременности. Это счастье абсолютно не связано с представлениями о счастье в рамках пространства и времени. Совершенно не зависит от предметов ума. Неподдельное и неизменное, неограниченное и чистое; как говорят тексты, оно лежит за пределами «всего».

Вот о чём «весь этот буддизм».

Это перевод статьи «All About Change» из сборника Thanissaro Bhikkhu «Purity of Heart: Essays on the Buddhist Path»
Текст можно копировать, переформатировать, распечатывать, публиковать – распространять любым способом при условии, что 1) он будет доступен безвозмездно; 2) все копии и производные от текста (включая переводы) сохранят ссылку на первоисточник; 3) во всех копиях и производных будет сохранён текст этой лицензии.
В остальном, права принадлежат автору оригинала.

Метки: , , , ,
ae опубликовал в рубрике Thanissaro Bhikkhu, Перевод, Чистота сердца. Очерки буддистского пути.

Follow comments via the RSS Feed | Оставить комментарий | Trackback URL

Отправить комментарий

Чтобы комментировать - авторизуйтесь.

 


Система Orphus
Следить на Facebook или Twitter
Powered by Wordpress, Theme by Shlomi Noach, openark.org